Московская Епархия Русской Православной Церкви
Приход Никольской церкви в селе Ромашково

Олег К. Обжигающий аргумент

Дата публикации: 23/06/2008

Общину трезвости в селе Ромашково, руководимую отцом Алексеем, я посещаю с марта 2000 года по рекомендации моего духовника. До этого я в течение примерно 10 лет страдал регулярными запоями, а вместе со мной – страдала и моя семья. Все это время я пытался избавиться от этой напасти, но мои попытки ни к чему не приводили. Нередко после запоев мне жена рассказывала, что я в пьяном виде очень зло ругался матом, в том числе при детях (что вообще-то мне не свойственно). Часто просыпал, опаздывал на работу, случалось и прогуливал.

Я ездил время от времени в Высоцкий монастырь в Серпухов, ежедневно читал молитву Неупиваемой Чаше и время от времени – акафист мученику Вонифатию. Разумеется, каялся на исповеди своему тогдашнему духовному отцу, ныне покойному, светлой памяти отцу Александру. Но все эти усилия в лучшем случае приводили к тому, что очередной перерыв между запоями вместо 2-3 недель продлевался до 2-3 месяцев. Единственное, чего я ни за что не хотел делать (и о. Александр - единственный - меня в этом поддерживал) – так это «кодироваться», «зашиваться» и т.п. у «светских» врачей. Правда, одно время пил продававшийся всюду «фиточай» и принимал какие-то круглые пилюли в американской упаковке.

* * *

Когда я впервые попал в Ромашково (помнится, опоздал на электричку и шел по шпалам пешком), меня более всего поразило то, что отец Алексей, будучи со мной знаком менее одной минуты, сходу нашел и высказал мне именно тот аргумент, который для меня в моем тогдашнем умонастроении оказался наиболее весомым. Даже так – обжигающим. Хотя для других людей, да и для меня в другие отрезки моей жизни, этот аргумент не показался бы таким неожиданно сильным.

* * *

Я стал регулярно ездить в Ромашково по средам. В мае того же года, во время паломнической поездки к Пахомию Нерехтскому, когда многие члены нашей общины давали обет трезвости, я тоже предпринял попытку бросить пить на всю жизнь. Но с первого раза не вышло: в районе праздника Покрова Божией Матери произошел срыв – слава Богу, единственный. С тех пор уже почти 3 года я не пью.
Эта картина типична для большинства членов нашей общины: после того, как человек начинает ее регулярно посещать, он через некоторое время пить прекращает. В чем «механизм» этого явления, для меня такая же загадка, как и то, почему люди становятся алкоголиками.
Конечно, большую роль играет та атмосфера единодушия и взаимной теплоты, которая царит на наших собраниях. Мне никогда прежде не приходилось встречать такой компанию единомышленников, не совпадающих по возрасту и не связанных общей профессиональной направленностью, как это, например, бывает в студенческой или бардовской среде. И существенно, конечно, что этой «единой мыслью» является именно православное христианство (а то ведь, говорят, в среде террористов-народовльцев тоже царила очень теплая атмомсфера взаимопонимания).

Хотя – наши беседы вовсе не всегда являются «чистым удовольствием». Нередко у рассказывающих о своих проблемах, особенно у родителей, чьи дети – наркоманы, наворачиваются на глаза слезы. Тем не менее, с собрания всякий раз уходишь с чувством… очищения?.. Не совсем точно… Наверное так: с чувством возвращения в устойчивое состояние. Мир становится на какое-то время менее неуютным.

* * *

Я был с общиной в трех паломнических поездках: к Пахомию Нерехтскому, к Тихону Задонскому и к Нилу Столобенскому. Но и теплота наших собраний, и паломнические поездки – это все мелочь по сравнению с тем главным простым фактом, что благодаря общине мы все живем, и живем более или менеее достойно. А ведь без Ромашково большинство из нас за это время спились бы, причем многие – до смерти. И за это надо каждый день благодарить во-первых, Бога, во-вторых, отца Алексия, и в-третьих – друг друга.

Распечатать

В начало раздела